Как выглядела первая рижская гостиница в XIX веке

13. апреля, 2017

На бульваре Аспазияс в здании бывшей гостиницы «Рига» скоро откроется первый в городе отель сети Kempinski. А самая первая гостиница на этом месте появилась еще в XIX  веке – «Рим». Тогда это был лучший отель города – первый, где появились телефон и электрическое освещение. Ток давала электростанция, расположенная прямо на Городском канале, у нынешней Национальной оперы. Знаменита гостиница была и рестораном – «Римским погребком». До войны туда захаживал Федор Иванович Шаляпин, приезжавший в Ригу на гастроли.


Незабываемый погребок

«Рим» открыли в 1878-м. Владельцем стал Кристап Морберг  хозяин многих доходных домов в Риге и великолепного особняка на Рижском взморье – в Эдинбурге (сегодняшних Дзинтари). Морберг сдавал гостиницу в аренду. В 1920-е арендаторами становится семейство Юргенсонов. Они знали, чем приумножить ее славу шикарным рестораном.

В "погребке" был целый лабиринт залов и комнат. Каждая с собственным названием. Почитатели старины любили отдыхать в "Бастионной" или "Рыцарской", дипломаты в "Голландской", молодые парочки в "Любовной ", гурманы в "Охотничьей".

"Голландскую" украшали подлинные картины фламандских мастеров. Сюда часто захаживал посол Голландии в Латвии Ван де Декер с супругой. В "Рыцарской" по стенам были развешаны средневековые доспехи, а стол сервировали старинной посудой. "Гвоздем" "Охотничьей" был бассейн с живой рыбой. Прямо здесь гурманы могли выбрать понравившийся экземпляр, и официант вылавливал его на ваших глазах. Xотя в ассортименте и значились привозные продукты, завсегдатаи предпочитали местные. У Юргенсонов под Ригой было большое количество сельскохозяйственных угодий, поэтому фрукты, овощи доставляли прямо с грядки. Святая святых "Римского погребка" считалась "Фарфоровая" комната. Там хранилась особо изысканная посуда золотая и серебряная. "Фарфоровую" открывали в особых случаях. Правда, таковых в "биографии" ресторана было немало. Достаточно сказать, что среди посетителей был сам Шаляпин.

Довоенный «Рим»
Фото: no autora kolekcijas

Любимый кабачок Шаляпина

Мэтр жил в другой гостинице – «Метрополе», а расслабляться приходил в «погребок». Официант ресторана Александр Барис, уехавший в 1944-м за границу и выпустивший там книгу воспоминаний, писал, что Шаляпин всегда был в приподнятом настроении, шутил и угощал официантов дорогим коньяком. Среди знаменитостей был и Жан Гулеско – скрипач последнего русского императора, румынский цыган. В 1936-м ему стукнуло 70, но он по по-прежнему много играл днем и после полуночи, когда штатный оркестр "погребка" под управлением Миши Альянского удалялся на перерыв.

В репертуаре Гулеско были русские и цыганские романсы – «Степь да степь», «Белая акация», «Две гитары», «Красный сарафан». Но в «Римский погребок» русская белая эмиграция шла только ради одной вещи – «Черных гусаров».

Это была любимая песня Николая II. Когда «пела скрипка», даже нагрузившиеся посетители сидели не шелохнувшись. Гулеско был самородок играл на слух, не зная нот. Не умел ни читать, ни писать. Получая гонорары, расписывался двумя буквами "GU". Официантам часто рассказывал о том, что во всех бедах России виноват Распутин и некто Бродский с Ароном Симановичем.

Обида короля Албании

Собиралась здесь останавливаться и монаршья персона король Албании Ахмед Зогу. В 1939-м итальянские фашисты захватили Албанию – король с тремя дочерьми, свитой министров на какое-то время нашел спасение в Риге. Для него зарезервировали «Рим», но он отказался там останавливаться: итальянцы оккупировали его родину, а он будет жить в «Риме»?!  Поселился в гостинице «Петербургской» напротив президентского замка.

Гостиница «Петербургская», в которой в 1939 жил с семьей король Албании
Фото: no autora kolekcijas

Бунин – о Риге

А самым известным довоенным посетителем «Рима» был выдающийся русский писатель Иван Алексеевич Бунин. В Ригу он приехал через 5 лет после получения Нобелевской премии 28 апреля 1938 года. С вокзала знаменитый гость поехал в «Рим», где для него был заказан номер. Через неделю, покидая Ригу, он говорил журналисту латышской газеты «Земгалес балсс»: «Ваша красивая столица поразила меня своей европейскостью… Я в восхищении от великолепной новой гостиницы «Кемери». Такие редко увидишь в больших и богатых странах Европы. …Из Кемери в Ригу мы ехали вдоль взморья. Мне, привыкшему к вечно синему Средиземноморью, латвийский пляж показался серьезнее, тяжелее, но со своей особой красотой, которая напомнила мне потерянную родину…»

Послевоенные перипетии

В 1944-м в отель попала бомба, и вскоре после войны на его месте начали возводить новую гостиницу «Рига». Для лучшего проекта были образованы две группы архитекторов – под руководством Эрнеста Шталберга и Арвида Миезиса. Победила вторая, а руководителем проекта стал известный рижский довоенный архитектор Сергей Николаевич Антонов. Однако в ходе работы многое делалось вопреки его воле. В знак протеста он отказался от премии, которой был удостоен весь авторский коллектив.

Довоенный «Рим»
Фото: no autora kolekcijas

Первый бар и первый алкогольный коктейль

Но, как бы то ни было, «Рига», построенная в 1954-м, считалась одной из лучших гостиниц Союза. В мае 1969-го тут открылся первый в стране бар. Мне довелось встречаться с первым барменом кабачка – Язепом Арбидансом. Он вошел в историю барного движения – приготовил первый в Риге и в Союзе алкогольный коктейль.

Среди тех, кто останавливался в «Риге» в советское время был известный писатель, уроженец нашего города  Юрий Герман (отец кинорежиссера Алексея Германа-старшего). Сын вспоминал, что отец часто приезжал в Дом писателей в Дубулты, а в дни 50-летия в 1960-м, «бежал» с семьей из Ленинграда в Ригу, в одноименную гостиницу.

Гостиница «Рига» в 1960-е
Фото: no autora kolekcijas

«Мама, миа!»

Впрочем, и в «Риге», отличавшейся сервисом, всякое случалось. Журналист «Комсомольской правды» Ярослав Голованов вспоминал, что даже в такой гостинице, как «Рига», не все было на уровне. Однажды итальянец очень долго не мог дождаться заказанного в номер завтрака, а когда официант появился, выхватил у него поднос и со словами «Мама, миа!» выбросил в открытое окно…

Илья Дименштейн