Неизвестное о Риге: Дом Беньяминов – владельцы и создатели
или Дом, где «жила» Джулия Ламберт

25. апреля

Одно из самых роскошных зданий в центре города – Дом Беньяминов на Кришьяна Барона, 12. Особняк, среди зданий- долгожителей улицы, построен в 1876-м. Раньше – только Музыкальная академия, бывшая Александровская гимназия.


Богач Пфаб

Дом на тогдашней Суворовской улице (она так была названа в 1858 году, а Кришьяна Барона стала в 1923-м) проектировали для рижского торговца немца Элерта Пфаба. В то время он был одним из богатейших горожан, а дом блистал позолотой. Пфаб торговал льном, в Риге ему принадлежали комплексы «спикеров» красных амбаров, дом Данненштерна. Хотелось и особняк построить для семьи такой, чтобы о нем говорили. Пригласил из Берлина двух архитекторов. Их имена нам немногое говорят, гораздо больше другие, которые тоже участвовали в работе над домом: скульптора Августа Фольца и академика живописи Вильгельма Тимма (на пожертвования его вдовы построен мостик через канал возле Оперы).

«Дом Пфаба» в 1910-е годы.
Фото: no autora kolekcijas

«Дом Пфаба» в 1910-е годы.
Фото: no autora kolekcijas

По флорентийским образцам

Дом возводили по флорентийским образцам в стиле итальянского палаццо. (В этом же стиле примерно в то же время построено еще одно сооружение Биржа в Старом городе – ныне Художественный музей «Рижская биржа».) В народе особняк назвали «Дом Пфаба».

Пансион для детей

Известный композитор Маргер Зариньш жил в этом доме в 1920-е. Здесь тогда располагался пансион для детей. В воспоминаниях, вышедших небольшим тиражом еще в советское время, Зариньш приоткрывает некоторые малоизвестные страницы биографии здания.

Композитор Маргер Зариньш.
Фото: no autora kolekcijas

Когда в 1924 году отец привез из провинции в Ригу юного Маргера, 14-летнего подростка, дом представлял жалкое зрелище: «снаружи совершенно черный, закоптелый». Пфаба уже не было в живых, и его семья с трудом содержала здание – держала пансион для мальчиков и девочек, приезжавших учиться в Ригу из деревни.

«И каждый закопченный деревенский паренек был для нее лучиком надежды, даже если его звали Маргером Заринем…»,  пишет автор.

На  дворе – 1920-е, тем не менее, простой народ стремился «в немцы», отправлял детей в немецкий пансион, чтобы они могли в совершенстве владеть немецким.

«Дом Беньяминов» до войны.
Фото: no autora kolekcijas

Где Маргер Зариньш учился играть

Но будущего композитора отец привез в пансион из Яунпиебалги не только ради немецкого сын готовился к поступлению в музыкальную школу, а у Пфабов было фортепиано, на котором можно было упражняться. Сама вдова «маленькая высохшая женщина, милая и любезная». В доме жили и все четверо ее детей: два сына и две дочери. Маргер дружил с одним из них – Роландом…

Короли довоенной прессы

В 1928 году юные воспитанники оказались на улице дом купили «короли довоенной прессы» Беньямины. Быстро взялись за перестройку помещения украсили дубовыми и палисандровыми панелями, витражами, в круглом зале повесили венецианскую люстру, камины сменили на центральное отопление. В подвале оборудовали гостиную, пивной и винный бары, пробили выход в сад. Руководил строительными работами Эйжен Лаубе главный архитектор довоенной Латвии. В мемуарах Лаубе вспоминал, что ему приходилось постоянно уступать требованиям владельцев дома, а перестройка сильно навредила его художественной ценности. После завершения работ он больше никогда не переступал порог особняка.

Улица Кришьяна Барона в 1930-е.
Фото: no autora kolekcijas

Салон для интеллигенции и «мандаринов»

А Беньямины открывают здесь литературно-художественный салон. На вечера приходит не только творческая интеллигенция, но и политики – министры, дипломаты, депутаты Сейма. Бывали, конечно, и «мандарины» так до войны пресса нередко называла миллионеров. Но не все. Некоторые считали, что Беньямины им не ровня – выскочки из низов. Ни образования, ни интеллекта.

Кого не устраивала Эмилия Беньямин

Еще в 1930-м известный адвокат, миллионер Арвид Бергс, у которого в центре была квартирка, по роскоши не уступавшая, как писали газеты, дворцам римских патрициев, язвительно иронизировал в газете «Latvis»:

 «…Беньямины гордятся своим новым роскошным дворцом и всем охотно рассказывают, что за атрибуты в ванной заплатили 8 000 латов. Что плохого, если есть люди, которые этим восхищаются. Беньямины протискиваются в утонченное общество, к которому они не принадлежат ни своим образованием, ни воспитанием, ни прошлым… Деньги у них есть, лимузинов – больше, чем надо… И разве не естественно, что хочется еще и почета – возможности появляться и фотографироваться в высшем обществе?»

Эмилия Беньямин.
Фото: no autora kolekcijas

Это, конечно, была зависть. Многие богачи не могли забыть, что Эмилия начинала когда-то с простого рекламного агента в газете.

Особняк в 1970-е.
Фото: no autora kolekcijas

Апартаменты Джулии Ламберт

А Зариньш смог вернуться сюда уже после войны. В 1945-м под крышей величественного особняка прописались сразу три союза: писателей, композиторов и художников. Литераторы со стажем вспоминают про классика латышской советской литературы Андрея Упита – у него тут был отдельный кабинет. Но для многих, наверняка, интереснее другое здесь жила героиня Вии Артмане из фильма «Театр» Джулия Ламберт. А несколько лет назад в историческом здании открылась гостиница.

Илья Дименштейн